Кухонная литература

— Максим, это ты там пришел? Сюда иди. Есть будешь? Ну, и друга сюда зови. И его покормим. Здравствуй, Дима, садись, вон, к батарее. Макс, картошку помешай, дожаривается. А папа тебе пока краткий курс по литературе проведет. И Дима послушает, он такой же разгильдяй, как и ты.

Я как поставил этот ваш бесовский Ватсап, то жизнь моя стала очень печальной. Сегодня вот мне полдня выносила мозг эта ваша Тандырбиева. Анаш… Анадиш… Цыц. Не смеяться. Я тебе, Максим, сколько раз говорил, что над именами смеяться нельзя. Смеяться можно и нужно над мыслями или дизайнерским внешним видом людей. А имя — это то единственное, в чем человек никак не виноват.

Короче, ваша русичка мне долго и скучно рассказывала, что у тебя имеются неуспехи в части классической русской литературы. Десятый класс, а ты всё не успеваешь. Макс, я тебе сколько раз говорил, что твои собственные мысли в школе никому даром не сдались. Я понимаю, что Толстой. Я понимаю, что “Война и мир”. Но какого хрена ты не понимаешь, что тебе нужен красивый аттестат. Чтобы потом институт, диплом и красивый костюм. А то будешь, как папка — мешки таскать.

Так что своё мнение оставь для блогов. Не популярно? А что популярно? ТикТок? Что это за… Впрочем, не интересно. Я слишком стар для этих ваших Тик-Таков. Так вот, Толстой. Да, Толстой — чертов графоман. Да, “Война и мир” — полная… ты знаешь. Но в школе надо написать, что Толстой — великий русский писатель, а “Война с миром” — это выдающееся произведение русской литературы. Понятно? 5 вот за это вот ставят, а не за твои мысли. Сам не знаешь, у Иры подсмотри. Как не общаетесь?

Я тебе сколько раз говорил — в школе надо дружить с умными девками. Диплом получишь — можешь начинать дружить с красивыми. Если бы я школе дружил не с будущей медалисткой Катей, а с твоей мамой, то мы бы с ней до сих пор физику за девятый класс сдавали бы.

Дима, тарелки достань. Так вот, Толстой — светоч и всё такое. Запомните эту мысль. Думать вы уже научились. Хоть и неправильно. Теперь школа учит вас самому главному — изворачиваться и приспосабливаться. И для этого надо, чтобы Толстой был светочем. Точка. Это надо просто пережить.

А к Достоевскому не будь так предвзят. Лет через 20 он еще может тебе понравиться. Мне не нравится, но у меня от Достоевского юношеская травма. Максим, понимаешь, Достоевский — это как большой деревянный член. Который втыкают в мозг. Если по обоюдному согласию и все участники процесса совершеннолетние — то почему бы и нет. Но тыкать этим дилдо в школьников — это такая литературная педофилия, которую коммунисты придумали. Так что запомни — Фёдор Михайлович тоже классик и светоч. Даже если тебе справедливо кажется, что все его книжки — бред спивающегося игромана.

А вот Лермонтов тебя еще может приятно удивить. Но только лет через 10, минимум.

А пока почитай образцы сочинений по Толстому в интернете. Дай этой вашей Гашише Ивановне то, чего она хочет. Про великого писателя и прочую хренотень. А право на свое мнение ты получишь, когда закончишь школу. Понял?

И скажи спасибо, что моя училка Нина Александровна уже умерла. А то бы ты у нее сейчас учился говорить о Маяковском с придыханием. И учить наизусть всю его бредятину.

Так, доедайте. Максим, посуду вымой. И свободен. А у меня скоро мать Яну из танцевального кружка приведет. Мне ей еще ликбез по алгебре читать. Тоже учитель жалуется.

Поделиться ссылкой:

Кухонная литература

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Пролистать наверх